Наша задача - сближение и сплочение всех осетинских диаспор и землячеств.

Посетителям сайта

Опыт старших – бесценный дар, он служит нам не одно тысячелетие...

Обращение к соотечественникам

Осетины, являясь одним из древнейших народов мира, предстают сегодня обладателями богатейшего историко-культурного наследия. Это наследие со всей полнотой отражает многотысячелетний путь, пройденный племенами ариев Центрального Кавказа, их материальную и духовную культуру. Оно позволило выстоять в самых тяжелых условиях, в которых наша разделенная нация находилась в последние века и десятилетия, сохраняя при этом силу духа и уверенность в завтрашнем дне. Историко-культурное наследие, как важнейшее условие существования любого народа, формирования и развития его национального самосознания, играло и продолжает играть важнейшую роль в сохранении этнической самобытности и единства осетин.

Богатство и уникальность аланского наследия вызывают неоднозначное восприятие его не только отдельными лицами, но и целыми народами.

Богатство и уникальность аланского наследия вызывают неоднозначное восприятие его не только отдельными лицами, но и целыми народами. Слишком велика была роль наших предков в истории человечества. Она не устраивает многих политиков и общественных деятелей современности, конструирующих для своих народов новую историю.

Фальсификация знаний по истории и культуре осетин, других народов Кавказа, во второй половине XX – начале XXI веков достигла невиданного размаха. Она стала, на мой взгляд, частью общей политики в отношении нашего народа в составе Российского государства и СССР после вхождения в Российскую империю в 1774 году. При этом, с присоединением Картлийско-Кахетинского царства к России в 1801 году, в формировании политики российских властных структур на Кавказе все более активное участие принимают представители именно грузинской знати и интеллигенции.

Эта политика получает дальнейшее развитие после завершения Кавказской войны и включения всего Северного Кавказа в состав Российской империи, прежде всего, земель ингушей и чеченцев. В последующий период истории России и СССР осетино-грузинские и осетино-ингушские отношения лишь в короткие отрезки времени характеризовались как ровные и добрососедские. За короткими периодами затишья и спокойствия всегда следовали новые этапы жесткого противостояния, которые, на мой взгляд, могут рассматриваться только лишь как следствие следующих явлений:

а) непримиримости и чувства некоей своей ущербности по отношению к осетинскому этносу, сформировавшемуся в центре Кавказа, между реками Аргун и Уруп, в процессе длительного исторического соседства этих народов с осетинами;
б) непреодолимого желания завладеть оставшимися у осетин землями, после захвата и оседания предков нынешних поколений ингушей и грузин на других осетинских территориях;
в) стремления определенных сил внутри этих этносов уничтожить непокорных осетин либо превратить в своих рабов, поработить наш древний народ;
г) полного отсутствия знаний по своей истории, либо чувства неудовлетворенности известной в настоящее время историей своих народов и, соответственно, желания переписать на себя вместе с территориями Центрального Кавказа многие страницы истории осетин, либо переписать свою историю, в которой слишком значима была роль осетин;
д) стремления для достижения своих целей лишить осетин национального самосознания и, соответственно, облегчения процесса овладения оставшимися у осетин территориями, их ассимиляции или физического уничтожения.

Справедливости ради надо сказать, что усилия отмеченных кавказских этносов или,вернее, определенных сил в их составе, едва ли могли бы быть столь значительными и успешными за последние два с половиной века, если бы они не находили прямой или скрытой поддержки в центре страны среди значительного числа чиновников и интеллигенции, а также, к сожалению, в среде самих осетин.

sc1

Отсюда, настоятельная необходимость объяснения предрасположенности представителей элит российского и советского обществ к действиям откровенно враждебных Осетии, осетинскому народу этнообразований или их представителей в лице большей части национальной интеллигенции и руководства (чиновничьего аппарата) республик.

Самое первое, что можно в данной связи отметить, так это безоговорочную готовность многих представителей российских и советских властных структур, связанных с Кавказом и Закавказьем, к взяточничеству; продажность чиновников, в лице, например, царских наместников и чрезвычайных комиссаров Юга России.

Вторым следует обозначить откровенно антироссийские и антисоветские силы Центра, которые, прекрасно зная о верности осетин интересам России, делали все для ослабления ее влияния как форпоста на юге. Еще одна часть элиты страны, своего рода «псевдопатриоты России и русского народа», была заинтересована в искажении истории восточных славян из благих побуждений, которыми, как известно, бывает вымощена дорога в ад. Это, прежде всего, достаточно большая группа интеллигенции, стремящаяся приписывать своим народам историю и культуру осетин.

В советское время в их когорте были еще и партийные деятели. Эти вершители людских судеб не могли допустить большой истории для одного немногочисленного народа в преддверии «слияния» всех народов СССР в один большой советский народ. Их представления о политической целесообразности подсказывали им единственно верное решение – все должны быть равны во всем, включая историю.

sc2

Четвертым фактором, объясняющим создавшуюся ситуацию, следует указать наличие во властных структурах, особенно в последние сто лет, представителей противостоящих осетинам этносов. При этом, если грузинское представительство в центральных структурах власти в России и особенно, СССР, имело место еще с царских времен, то вайнахское – только в последние десятилетия.

Пятый фактор – зарубежный. Он особенно усилился в постсоветский период и успешно набирает обороты. Заморским творцам политики внутри России глубоко безразличны как одни, так и другие народы Кавказа, да и, собственно говоря, все остальные народы нашей страны тоже. У них свой интерес, и они будут помогать всему антироссийскому и антирусскому всегда и везде. С их помощью был ликвидирован СССР, и они готовы довести ситуацию до полного развала и расчленения Российской Федерации, помогая всем и вся, давно уже примериваясь к тем или иным территориям нашей Родины.

Все вышесказанное, вне зависимости от нашего желания и желания тех, кто находится во власти в РСО-А и РЮО, имеет место. Эти причины и факторы заставляют враждебные осетинам силы действовать денно и нощно. На их фоне еще нелепее выглядят попытки изображать патриотизм и толерантность тех, кто правит в Осетии последние полвека.

Конечно же, и в кавказском, и в мировом, и в каком угодно другом масштабе на первом месте стоят экономические интересы отдельных лиц, социальных прослоек и целых народов. Ведь, что есть политика, если не концентрированное выражение экономики?

Именно политика и требует, в конечном счете, через своих правофланговых соответствующих подходов к историко-культурному наследию осетин. Ну, а коль скоро есть политический заказчик с деньгами частников, государства или подушно собранных в народе, то находится и исполнитель – зарубежный, российский и местный.

sr1

Грустно видеть, как год за годом множатся ряды исполнителей. При этом, убеждаясь в полной несостоятельности своих специалистов, кавказские дельцы от политики и идеологии все чаще обращаются к услугам разного рода «исследователей» из российских и зарубежных городов и научных центров. Включаются ученые всех мастей и профилей – историки, лингвисты, фольклористы, этнографы, археологи, антропологи, генетики и прочие, и прочие. Благо, есть кому оплачивать их усилия и усердие. Справедливости ради надо сказать, что есть и такие, кому и платить-то не надо. Так, пишут для своего удовольствия.

Вот, например, уже прошло несколько лет с тех пор, как осетин осчастливил своим прибытием на нашу древнюю землю С. Перевалов. Как только этот исследователь не изощряется в своем желании отлучить осетин от средневековых алан, обвиняя всех и вся в желании присвоить себе чужую историю.

Вслед за разными псевдоучеными, он упорно пытается вытравить из термина «аланы» этническое содержание. В то же время ему не по душе формулировка о «богоизбранности» алан (26, с.11), хотя таковую можно найти в фольклоре практически любого народа, в среде которого существует поверье, что он рожден от бога.

Отметим, например, скифов Геродота, рожденных от Зевса или, по другой версии, его сына Таргитая (Уас-Тарги).

 

Ведь асы-аланы представляются божественными не только и не столько осетинам, но десяткам народов от Индии и Китая до Германии и Англии.

 

Можно обратиться к легендам о происхождении тех же греков или римлян. Божьим народом называют и евреев, причем, не в мифологическом, а в самом прямом смысле, и это никого не напрягает. В отношении же алан нашему досточтимому исследователю стоит лишний раз посмотреть фольклорные и нарративные источники. Ведь асы-аланы представляются божественными не только и не столько осетинам, но десяткам народов от Индии и Китая до Германии и Англии.

Как известно, слово «асы» вообще означает на многих индоевропейских языках «боги», и этим термином обозначались в древности и средневековье скифы, сарматы и аланы.

sr2

Странно для столь претенциозного ученого не знать соответствующих сведений и памятников.

Что же касается источников по истории и культуре нашего народа, то тут С. Перевалов, ничтоже сумняшеся, заявляет, что из осетинских ученых нет ни одного квалифицированного специалиста, так как они-де не могут работать с нарративными источниками и историографией на языках оригиналов (26, с.11; 27, с.13). То есть, переводы профессионалов не пригодны для исследований по древней и средневековой истории??

Позволительно будет спросить, какие такие серьезные факты, например, не смогли озвучить с соответствующим качеством на русском языке в своих переводах Геродота по скифам или савроматам А.И. Доватур, Д.П. Каллистов, И.А. Шишова или Г.А. Стратановский? А как быть с тем, что современные вполне доступные технические средства легко могут переводить с любого языка на русский? Увы. Это – старая песня с фальшивой музыкой и не теми словами.

Еще в 70-80 годы большая группа ученых АН СССР под руководством В.Т. Пашуто выполняла огромную и чрезвычайно важную работу по переводу на русский язык источников и историографии по истории народов нашей Родины периода докапиталистических формаций на территории СССР. Они работали не покладая рук.

 

...научная литература по истории осетинского народа существует более чем на сотне языков...

Как известно, научная литература по истории осетинского народа существует более чем на сотне языков, и какой ученый, в данном случае, может ими владеть и не обращаться к переведенной литературе? Ведь даже такие гиганты науки, как В.И.Абаев и И.М. Дьяконов вынуждены были пользоваться переведенной другими учеными на русский язык литературой.

А вот как этот почтенный исследователь видит работу по истории того или иного народа, не зная его языка, традиций и обрядов, религии, фольклорных памятников, археологии, и много другого? Хорошо бы, если бы он сам задался этим вопросом, и сам же на него ответил. Ведь это тоже первоисточники, и отнюдь не второго сорта!

al1

Скажем прямо. Дело здесь совершенно в другом. Наш досточтимый исследователь не может или не хочет видеть, что «вопрос» по аланам, к сожалению, имеет место быть в том виде, в каком мы его зрим в отечественной науке, лишь в сугубо политическом свете, а не в собственно научном. При этом он один из тех, кто вольно или невольно выполняет политический заказ именно враждебных Осетии и России сил.

Остается лишь констатировать: уважаемый исследователь – Вы в волне, в волне осетинофобов и русофобов. Вы отрицаете очевидные факты из истории алан, старательно создавая не только хаос в науке, но и способствуя разжиганию ненависти и вражды между народами России. Ваша статья «Актуальная проблема отечественного «алановедения», опубликованная в журнале «Гуманитарная мысль Юга России» за № 1 в 2006 году – яркое тому доказательство.

В отличие от Вас, осетинские ученые могут работать не только с нарративными источниками, но и любыми другими. При этом в своих исследованиях они в достаточной мере привлекают иностранную литературу, что позволяет им быть в курсе всех новых взглядов в сфере своих научных интересов и вполне продуктивно вести исследовательскую работу.

Наука не дает мгновенных результатов. История, как и любая другая отрасль науки, требует усилий многих поколений ученых, позволяющих медленно и упорно приближаться к подлинному осмыслению и отражению исторических реалий.

В той же волне и наш старый знакомый В.А. Шнирельман, выпустивший своеобразный «шедевр» по аланам «Быть аланами: интеллектуалы и политики на Северном Кавказе в XX веке». В многолетнем противостоянии Грузии и Южной Осетии симпатии В.А. Шнирельмана явно на стороне грузин, что он и не скрывает, заявляя, что «20 апреля 1922 года в центре Северной Грузии была создана Юго-Осетинская автономная область (34, с.59). Исходя из этого, можно сделать вывод о том, что наш многоуважаемый автор просто «не осведомлен» по вопросу принадлежности этой территории не грузинам, а осетинам. Как видно из текста монографии В.А. Шнирельмана, подробно проанализированного известным осетинским ученым В.Д. Дзидзоевым, он упорно не желает называть Южную Осетию таковой, и как верный апологет грузинского шовинизма называет ее
то «центром Северной Грузии», то «Шида Картли» (11, с.1).

Это далеко не единственное обращение автора к аланской тематике, и каждый раз он указует нам перстом, на сколько процентов мы имеем право – называть себя аланами. Об остальных составных нашего народа – скифах, савроматах, сарматах, туальцах и других – он даже не вспоминает. Его огромная статья «Борьба за аланское наследие», опубликованная, как и многие другие статьи, с откровенно враждебным по отношению к осетинам содержанием, в газете «Фыдыбæстæ» (в 1998 году, №№ 2,3), дает развернутый анализ политической составляющей «аланской проблемы». Любая национальная идеология, отмечает исследователь, всегда в той или иной мере опирается на идеализированное историческое прошлое, которое призвано пробудить в людях творческую инициативу и легитимизировать их претензии на особый групповой статус. При этом отмечает он, историческое прошлое неизбежно мифологизируется в соответствии с требованиями этноцентризма (32, с.2).

Однако, как нам представляется, все эти идеализации и мифологизации исторического прошлого не предполагают отсутствия самого прошлого в виде истории конкретных племен и племенных групп, к которым тот или иной народ может восходить этнически. То есть, под видом борьбы против идеализации и мифологизации истории северокавказских народов, В.А. Шнирельман отрицает само существование их предков и преемственную связь с ними современных поколений.

Фактически же этот ученый в ультимативной форме запрещает осетинам быть самими собою, требует отказаться от своих отцов, дедов и прадедов. Коль скоро, по В.А. Шнирельману, на аланское наследие претендуют многие, то, следовательно, осетины без каких-либо возражений должны отказаться от своей истории и культуры, так как ведущаяся в течение вот уже целого ряда лет борьба за аланское наследие приобретает политический оттенок (33, с.2).

 

...политический оттенок вопросы этногенетической истории народов Кавказа приобретают, прежде всего, именно вследствие деятельности разного рода шулеров от науки.

То есть, исходя из логики этого ученого, если на твой дом кто-то претендует из политических или иных соображений, то следует незамедлительно от него отказаться. Если кому-то нравится твоя работа, то опять же незамедлительно пиши заявление с просьбой об увольнении по собственному желанию. Кому-то понравилась твоя жена – отдай без разговоров.

Позволительно нам будет сказать, что политический оттенок вопросы этногенетической истории народов Кавказа приобретают, прежде всего, именно вследствие деятельности разного рода шулеров от науки.

Таким образом, в укреплении «образа врага» в лице осетин неоценимую «помощь» нашим соседям оказывают и такие столичные историки, как В.А. Шнирельман, который вдоволь упражняется в создании исторических мифов и политических баек, иногда подкрепляемых даже мнением цитируемого им в своей научной работе «осетинского шофера». Когда доктор исторических наук, автор нескольких монографий, подкрепляет свои научные выводы мнением «осетинского шофера», это всегда подкупает не только простотой и определенной наивностью, но и «глубинами» анализа (11, с.3).

Кроме шулеров, есть у нас в запасе еще авторы с так называемой активной гражданской позицией. Так, например, некий Ал. Потемкин в газете «Завтра» за № 37 в сентябре 2006 года пишет, что аланы исчезли, и осетины, назвав свою республику их именем, доставляют лишь ненужные хлопоты и без того замученным житейскими проблемами россиянам, заставляя запоминать новое название. Вообще, считает он, пора ликвидировать все национальные автономии, которые как бы являются чуть ли не главным фактором торможения прогрессивного развития России в XXI веке (28, с.3).

Очевидно, как ему представляется, нищенская зарплата или пенсия десятков миллионов россиян имеет место потому, что осетины назвали свою республику Аланией. При этом наш уважаемый автор совершенно забывает об одном важном моменте в политической жизни неокапиталистической России – о правах человека. Сомнительно, чтобы в стране, где будут попраны права целых народов, будут соблюдены права представителей этих самых народов. Да и о чем говорить, если нам пытаются запретить даже называться собственным именем.

 

И таких «потемкинских деревень» нагорожено множество. Разве не против этого имени во главе группы ученых Северной Осетии выступил небезызвестный доктор исторических наук В.А. Кузнецов, который, к слову, немало сделал на ниве алановедения, но в то же время высказал и ряд спорных суждений. Как известно, перед ним даже вынужден был письменно оправдываться первый северо-осетинский президент А.Х. Галазов.

Что-то не припомню, чтобы кто-то обращался к Р. Аушеву по поводу уж действительной неправомочности и абсурдности наименования новой столицы Ингушетии именем столицы аланского осетинского государства «Магас», располагавшейся, согласно раннесредневековым армянским письменным источникам, в районе современного кабардинского селения Урух.

Желающие раскачать лодку имеются и в нашей собственной республике. Чего стоит, например, небольшая статья А. Дзадзиева «Слово о «Золотом веке» исторического прошлого осетинского народа», опубликованная в газете «Фыдыбæстæ» в ноябре 2006 года? Автор уверенно подсказывает нам, что никакого «золотого века» у осетин не было, и возрождать в нашей культуре нечего. Все прошлое осетин – сплошная черная полоса, беспросветный труд и борьба за выживание. И эта борьба не оставляла сил ни для чего другого (9, с.2).

Более чем странно читать подобные строки. Если говорить об осетинском народе, то он возродился как нация чуть ли не в советский период своей истории, то есть в XX веке. Однако это вовсе не исключает существования самостоятельного исторического пути, как для всего объединения осетинских племен, так и для каждого из этнокомпонентов нашего народа в отдельности. Все они вместе, и каждый в отдельности, жили и действовали на огромных территориях, имели развитую культуру, ремесла и прошли длительный исторический путь.

Если ни для чего другого, кроме борьбы за выживание, не оставалось сил в истории всех народов, то почему же некоторые из них создавали Майкоп, Кобан, скифо-сарматский звериный стиль? Разве средневековаяаланская культура оставлена людьми, неустанно думавшими лишь о том, где добыть кусок хлеба? Разве голодные создают такие великие эпопеи как Нартиада и Амираниани? Разве в начале XXI века мы и вся Россия
вышли на более высокий уровень культуры и духовности, а нравственные ценности наших недавних предков блекнут перед нравственным потенциалом нынешнего осетинского общества?

Вовсе нет! Так почему, в таком случае, становятся возможными откровенные искажения нашей истории и нападки на прошлое осетинского народа, растаскивание национального наследия всевозможными политиканами и шулерами от науки? Да потому, например, что антироссийскими и антиосетинскими силами беспрерывно выращиваются и подкармливаются эти самые фальсификаторы исторической науки, которые уже давно превратили ложь в культ, а историю – в рабыню.

Очевидно, как это нам представляется, не все благополучно у нас в Осетии, в среде народа и его интеллигенции, призванной как раз и заниматься этим самым наследием. В науке об осетинах из десятилетия в десятилетие перекочевывают давно устаревшие представления, идеи и утверждения. Многие осетиноведы оказались в плену каких-то иллюзий и не могут даже в финале своей творческой деятельности отказаться от прежних заблуждений.

Другие не способны даже на иллюзии в силу своего примитивизма в восприятии истории и культуры своего народа. Мы сталкиваемся с фактом, когда количество никак не может дать новое качество. Ведь в Осетии, в отличие от соседних республик, краев и областей Северного Кавказа, около десятка научных и научно-просветительских организаций, которые обязаны напрямую заниматься исследованием и пропагандой истории и культуры осетин.

 

Можно сказать, у нас каждый, кому не лень, – «историк», «лингвист», «фольклорист», и т.п.

К сожалению, есть еще один фактор. Пожалуй, ни у одного народа нет стольких «сверхспециалистов» по истории и культуре от метлы и кашеварки, численность которых, пожалуй, превосходит число научных работников в сфере осетиноведения. Можно сказать, у нас каждый, кому не лень, – «историк», «лингвист», «фольклорист», и т.п. При этом рядом с ними и наравне с ними нередко оказываются многие кандидаты и доктора всяких негуманитарных наук. Плохо и то, что очень часто они получают возможность вещать с экранов телеканалов, в радиоэфире, печататься и даже снимать фильмы. Так мы позорим себя, свою историю и свою культуру, а наши противники получают дополнительные аргументы против нас и умело их используют на разных уровнях своей осетинофобской деятельности.

Ярчайшим примером такового следует обозначить статью «Как нам разрешить «Аланский кризис?», опубликованную в газете «Свободный взгляд» (№ 11, 1 апреля 2017 г.). Ее авторы (Вадим Баскаев, Тина Дзокаева, Измаил Хузмиев, Хасан Дзуцев, Анатолий Сидаков, Борис Гусалов, Алексей Хатагов, Валерий Цомартов, Батраз Бигаев, Джабраил Габачиев, и другие) представляются членами некоего Общества любителей истории осетин.

Состав выглядит довольно странно. Среди закоренелых политиканов почему-то оказались люди с довольно-таки умеренными взглядами и представлениями, так называемые, случайные попутчики. Вот они уже используют и высосанный из пальца сложносочиненный термин аланизм. Этот аланизм, подчеркивают авторы, ссылаясь на Заура Дзарахохова, может стать ускорителем разворачивающейся межнациональной розни на Кавказе. В этих условиях, считают они, становится крайне актуальным пересмотр алано-осетинской концепции, а собственно аланизм, становится названием осетинской этнической идеологии, которая пожирает все кровно осетино-иронское. По мнению наших авторов, все направлено на  то, чтобы люди были охвачены аланским экстазом. При этом, как это им представляется, именно по причине аланского экстаза мы имеем обострение межсоседских отношений на Кавказе. Ситуацию может разрешить «правильная» История, учат нас авторы, среди которых нет ни одного историка (2, с.1).

Следовательно, откажись мы от алан, так ингуши сразу же перестанут требовать Пригородный район и начнут молиться за здоровье каждого из нас, а грузины тут же вернут нам Трусо, Коб, Мцхета, Саркине, Кахетию и Кухетию, Гудское и Арагвийское ущелья, другие осетинские земли в Грузии? И признают Южную Осетию? Вольно или невольно возникает вопрос о том, в каком состоянии рассудка писался ими текст этой статьи?

Разве это из-за аланизма грузины истребляли осетин весь XIX век, или в 1920 году, или в 1989-2008 годах? Очевидно, наши авторы считают, что это из-за аланизма ингуши еще в начале XX века нападали на осетинские села (Ольгинское, Батакоюрт, и др.) и казачьи станицы, произошли известные всем события 1992 года в Северной Осетии, и была захвачена школа в Беслане в 2004-ом.

Наши уважаемые идеологи считают необходимым и актуальным пересмотреть алано-осетинскую концепцию происхождения осетинского народа. Следовательно, как только кому-то из наших соседей что-то не понравится в нашей истории и культуре, мы тут же должны, недолго думая, переписать им в угоду и нашу историю, и нашу культуру. А как же в таком случае быть с научной истиной и интересами осетинского народа? Или их можно не принимать во внимание вообще?

Пораженческая логика наших авторов требует от нас, чтобы мы отказались от алан и по причине того, что аланизм, заявляют они, превратившись в название осетинской национальной идеологии, пожирает все кровно осетино-иронское. Что из всего этого следует для народа, половина представителей которого и так уже давно не идентифицирует себя этнически ни с кем и ни с чем, кроме, разве что, «общечеловеческой цивилизации» по западному образу и подобию? Среди остальной части наших соплеменников значительное количество родственных душ для цитируемых нами авторов. Их логика может быть охарактеризована, скорее всего, как странная.

Давно уже известна истина, что вещи почти всегда познаются в сравнении.

Представим себе на минуту, чтобы грузины сетовали на то, что изучение истории картвелов привело их к картвелизму, и оно, превратившись в название грузинской национальной идеологии, пожирает все кровно мегрело-чанское.

Меж тем аланы представляют собой всего лишь отдельный компонент осетинского народа, и наши досточтимые авторы, по сути, предлагают нам отказаться от этой своей части. Как человеку, к примеру, от правой руки.

Далее, очевидно, ими будет поставлен вопрос об отказе от туальцев, так как в историографии уже давно предпринимаются попытки доказать их принадлежность к вайнахам.

Следующими, конечно же, могут оказаться дордзуки-тинта. Их, как известно, усиленно относят к вайнахам даже иные осетинские ученые. В том же духе, с молотка наши авторы готовы, как это видно из их статьи, отказаться и от остальных составляющих нашего народа и, очевидно, от того же нартовского или даредзановского эпоса. Как говорится – раздавать, так раздавать. Им явно мерещится, что сейчас в наших межнациональных трениях на Кавказе все в руках исторической науки.

Увы, наши деятели явно учились не в советских школах и вузах, или же вовсе не учились. Как известно, за политическими и историческими хитросплетениями всегда оказываются конкретные материальные интересы конкретных персон, племен и народов.

Живой пример – Россия отказалась от идеи коммунизма. Разве давление на нее уменьшилось? А Китай, сохранивший в ходе своей модернизации основы идеологии, стал локомотивом мировой экономики!

Если в Германии бесноватые фюреры термин ариана использовали (кстати, абсолютно необоснованно) в античеловеческих бреднях, то теперь все индоиранские народы должны отказаться от самих себя, своей истории и культуры?

Люди, считают наши авторы, бросаются в бой за аланов, не зная, кто такие аланы и  что за термин аланизм. Им он представляется как простое семя, выросшее в огромную ядовитую колючку. То есть, считают они, аланизм – это заложенный в реальные древние племена ядовитый политический стержень под названием «арийство», и История, информируют авторы всех нас, изрядно пострадала из-за него, и, устав от него, предала анафеме само слово «арийство».

Странная форма мышления. Если в Германии бесноватые фюреры термин ариана использовали (кстати, абсолютно необоснованно) в античеловеческих бреднях, то теперь все индоиранские народы должны отказаться от
самих себя, своей истории и культуры? Разве в таком случае если кто-то использовал слово «мать» в ругательных формулах, то теперь, исходя из логики наших авторов, его надо вычеркнуть из всех языков? И вообще отказаться от матерей?

Вот свастика не имела отношения к Германии, она была незатейливым мирным орнаментом на пряжках, диадемах индийских и аланских девушек, пока гитлеровцы не пошли под нею с огнем и мечом на народы Европы.
Осетины в составе Красной Армии героически воевали против человеконенавистнической идеологии третьего рейха, осквернившего термин ариана, его символику.

Собственно, фашисты оскверняли все, к чему прикасались. Однако пришли новые поколения немцев, мирно соседствующие сегодня с другими народами Европы. Если предавать анафеме слово ариана, то разве не следует из этого необходимость предания анафеме и все народы арийского корня от Индии до Ирландии? Абсурд!

Умиляет осведомленность нашей компании доброжелателей осетинского народа по вопросу о том, что недавно Институт этнографии РАН выпустил двухтомник, впервые, как утверждают они, раскрывающий всю ядовитую суть этого явления и проанализировавший его исторические корни. Огорчительно, подчеркивают наши добросердечные авторы, что в виде примера сохранившегося явления «арийства» в этой книге приведена Осетия, где, как сказано в книге, «арийство» сохранилось в виде «аланизма». Игра слов, высосанные из пальца термины и тут же обвинения во всех бедах и грехах. Осетинам эти термины фальсификаторов не нужны, но есть название нашего этнического подразделения, чьи представители охвачены сегодня общим для всех нас термином осетины. Нам совершенно безразличны любые «-измы». Аланы – наша часть сегодня, и таковой они
будут до тех пор, пока по нашей грешной земле будут ходить осетины.

Разве можно представить, что кто-то потребует вычеркнуть из истории Грузии термины мегрелы или картвелы? Почему же кто-то должен нам навязывать свое видение и понимание существа нашего этноса?

Очевидно, как нам представляется, наши авторы либо лукавят, либо же действительно не знают ничего об аланах и их этнической принадлежности. А ведь ответ уже давно известен всем специалистам и народам Кавказа, да и всего мира. Речь идет всего лишь о наиболее консолидированной и многочисленной составной части осетинского народа, которая в период поздней античности и средневековья играла важную для всех осетинских племен роль объединяющего и возглавляющего государствоформирующие процессы компонента на Центральном Кавказе. Это они, прикрывая Осетию с севера и  востока, всегда первыми принимали на себя удар внешних врагов в лице тюрков, хазар, арабов, татаро-монголов, и других. Это они вставали на защиту таких государств, как Россия и Грузия. Именно эту же картину мы видим и в раннесредневековой Индии.

Здесь аланы-кудариты (гуджары) еще в V веке возглавили индийское сообщество племен и народов и героически противостояли внешним врагам в лице арабов и прочих завоевателей.

Позволительно будет спросить авторов статьи. Что, теперь народы Ирана и Ирландии принудительно будут менять название своей страны? Или, может быть, Индия со своим населением в 1,3 млрд. откажется от своего арийского происхождения, своей арийской истории и символики? Позволим себе высказать одно большое сомнение по вопросу о том, что таджики, афганцы, курды и другие арийские народы примут с торжеством подобные писания наших не в меру боязливых авторов и «спецов» из Института этнографии РАН! Им такие благодетели не нужны!

Наши авторы потерялись во времени. Им представляется, что они живут в 30-е годы  прошлого века, когда в СССР было обычным явлением отказ от своих родителей, стоило лишь кому-то написать на них, что они враги
народа. Да, слишком поздно они родились, эти наши авторы. Не то нынче время, не тот размах, но им бы хотелось отточить перо.

Да что там 30-е годы? Старшее поколение в Осетии хорошо помнит события 80-х годов  и т.н. «одинцовщину». И тогда нас учили необходимости стать «Иванами, не помнящими родства». Как же все повторяется!

Оказывается, в Осетии не было арийских проявлений. Но сам термин аланизм, подчеркивают наши авторы, делает свое дело. Он формирует характер людей. Придает некое высокомерие, как бы подчеркивает исключительность племени-народа. Это уже явно из 80-х. Тогда нас тоже отучали от «высокомерия». Были специальные трактаты по перевоспитанию осетин. Так может быть, кое-кто из наших благоверных авторов поучаствовал в этом «благодатном» процессе по уничтожению всего осетинского еще тогда? Не хотелось бы в это верить...

Но если, как они считают, термины делают свое страшное дело, то чем заняты люди, стоящие за этими терминами? Разве не люди со своими желаниями и потребностями, а не термины решают, что и как говорить в каждом конкретном случае и по каждому конкретно вопросу?

И снова нам усиленно хотят приписать высокомерие и желание подчеркивать исключительность своего племени-народа. Однако, мы есть те, кто мы есть. Если отказаться от всего великого и достойного, что совершили
и о чем мечтали наши предки – в кого мы превратимся? Мы есть продукт соединения и смешения, как минимум, двенадцати этнических подразделений: скифов, сармат, савромат, алан, массагетов, халибов, тубалов, и других. И это не делает нас ни лучше, ни хуже! Каждое из них имеет свою историю и культуру. После вхождения в тот или иной период истории в состав осетинского объединения племен, каждое подразделение внесло свой вклад в общее материальное и духовное наследие осетин, в наш, какой бы он ни был, генофонд. Наше наследие четко демонстрирует вклад каждого в общий «котелок» нации. Вина ли осетин, что у них компонентами предстают именно эти подразделения, а не какие-то другие?

Увы, во всей этой возне с нашими предками, все старо, как этот бренный мир. Хочешь получить долю в наследии покойного – докажи свое кровное или иное родство с ним хотя бы на бумаге! Тех, кто не видит этого за словесами об аланском происхождении, следует называть просто слепцами! Не термин делает это страшное дело – межнациональную «войнушку». Ситуацию раскачивают как раз те, кто стоит за этой игрой в термины, и осетины здесь не причем. А «причем» здесь те силы, которые пытаются скрыть свою никчемность в прошлом, а сегодня получить остатки былой роскоши в виде территории Осетии?

При этом наши авторы героически им помогают, рассуждая на тему о том, как осетины стали аланами. По их мнению, ранее XIX века осетин с аланами не связывали и не отождествляли. Но в XIX веке, когда уже аланов в природе даже не осталось, считают наши авторы, за осетинами закрепили «аланский статус». К тому же, отмечают они, XIX век – век возведения на Олимп арийцев, в жестоком понимании этого слова, и осетины попали, как кур в ощип. Они стали впитывать в себя «арийские соки». Вот этот процесс и обозначен, указывают нам авторы статьи, в упомянутой книге как арийство, сохранившееся у осетин в термине «аланизм».

Остается лишь только развести руками. Наши авторы явно не земляне, а с какой-то иной планеты. Кто-то, заявляют они, в каком-то веке осетин с аланами не связывал. А что, в этом была необходимость? Все наши соседи называли нас именем того осетинского племени, с которым каждый из них соседил. Так, например, вайнахи нас называли именем сираков-хири, так как именно сарматы были их соседями. Грузины называли нас именем овсов-савроматов, ибо именно овсы соседили с грузинами, а не аланы. Карачаевцы называли нас именем дюгер (даха-даев), так как именно скифы-дигуры соседили с карачаевцами. Аланы же были соседями хазар, и те вообще не используют в своих документах для обозначения осетин имена овсов, хири и дигуров.

 

Аланы в истории известны под тремя именами: асеяне (асы, ясы), кудариты и собственно аланы (ариане, ироны).

Аланы в истории известны под тремя именами: асеяне (асы, ясы), кудариты и собственно аланы (ариане, ироны). Отсюда закономерно следует вопрос. А что, разве в XIX веке не было уже алан-кударцев в составе осетин, и кто-то должен был за нами закрепить «кударский статус»? Например, в Индии их, по переписи 2011 года, во главе с премьер-министром Моди миллионы, и они не нуждаются в том, чтобы кто-то закреплял за ними «алано-кударский статус». При этом, как известно, в V веке среднеазиатские алано-массагетские племена кударцев и эфталитов (кæфтæ-массагетов) одновременно пошли на Северный Кавказ и на завоевание Индии.

Что касается вопроса возведения ариев на Олимп, то они оттуда никогда и не сходили. Ведь арии иначе называются данами (демонами) и асами (богами). При этом в число ариев входят из осетинских племен не только аланы, но и скифы, сарматы, массагеты, дордзуки, къухи и къахи. К тому же, и осетины никуда не девались. Первоначально, в силу пребывания нас в высокогорье Центрального Кавказа, после крушения нашего государства и потери письменности, многих знаний о своей истории и культуре, мы вынуждены были удовлетворяться тем, что о нас выясняли и писали чужие ученые. Со временем у нас появились свои ученые, и они уже около полутора веков в меру своих сил и возможностей работают по всей тематике о прошлом и настоящем осетин. В работах наших ученых нет никакого «аланизма». Великая история алан не нуждается в ее приукрашивании или принижении какого-то другого народа!

 

Этноним «ир» непосредственно восходит к племенному наименованию сираков-сирматов, как этноним «Инд» – к имени древних синдов.

Совершенно странно звучат и следующие заявления авторов. Термин «аланизм», считают они, работает и приносит нам большую беду. Он, по их мнению, пожирает наше естественное происхождение, наш предковый этноним Ирæттæ-Дигоронттæ, и даже последующий – объединительный термин – осетины. Удивительная безграмотность авторов по истории и невероятная бесшабашность в заявлениях просто зашкаливают.

Этноним «ир» непосредственно восходит к племенному наименованию сираков-сирматов, как этноним «Инд» – к имени древних синдов. Этноним «Ди-гур» – всего лишь название скифов даха-даев Средней Азии, Алтая и Китая. Дигуры попадают в Западную Аланию после поражения Болгарского царства хана Кубрата от хазар в 679 году. Объединительным же термином «осетины» (сван.«савар», антич. «савроматы») стал благодаря грузинам и русским в XVIII-XIX веках, а сами осетины этот термин в своем языке не используют вообще никак, ибо его синонимом является другой термин – «нарты». Именно эти четыре племени оставались в составе Алании в 905 году, и их имеет в виду арабский путешественник ибн-Рустэ: алан-кударитов, скифов-дигорцев, сираков-иронцев и савроматов-саваров (овсни). Туалы в это время были на оккупированной арабами территории, за Касарской заградительной стеной. Вне союза алан этого времени были и даны-дордзуки, и испы-пшалы, и саны-тцанары, и еще несколько других осетинских племен Центрального Кавказа и Закавказья.

Заявлять, в данном случае, что в осетинах нет ни йоты аланского вещества, могут только невежды. Это они льют воду на мельницу определенных сил, желающих вышибить из осетин последний остаток национального самосознания. Эти силы многие годы усиленно создают необходимые предпосылки для исхода осетин с последнего осколка их некогда обширной Родины. Наши авторы, вместо каких-то шагов по улучшению экономической ситуации в Северной Осетии и удержания в этом случае нашей молодежи от выезда в другие субъекты России и в зарубежные страны, занимаются рассуждениями об искусственно, как сами же заявляют,
созданном термине.

Слушая чужой бред, наши авторы смело объявляют арийство мировым злом, требуют выкинуть его из нашей природной сути и вернуть чистоту нашего этноса, каковой она была, по их мнению, до XIX века, пока осетинам не «присудили аланов». Как известно, грузины до XIX века были картвелами, мингрелами, сванами, чанами, хевсурами, тушинами, и другими. В XX-XXI веках они продолжают оставаться таковыми же, и, ни у кого из них не возникает желания отказаться от какого-то из этих этнонимов или рассуждать о наличии йоты картвельского вещества или сванского вещества в грузинском народе.

Почему же у осетин появляются деятели от метлы, сокрушающиеся по поводу и без повода о наших йотах аланского вещества? Почему же наши авторы не могут допустить, что и у осетин до XIX века были аланы-кудариты, скифы-дигуры, сарматы-ироны и овсы-савроматы? Почему же они не могут понять, что именно они и есть нынешние осетины (это объединяющее имя нам тоже «присудили») в виде тех же самых подразделений?

Как известно, многовековое пребывание в рамках государства стирает все этноплеменные различия и способствует формированию народа с сохранением лишь одного этнического наименования. Неужели наши авторы могут предполагать, что у осетинских племен была более длительное время развитая государственность, чем у грузинских племен, сохранивших до нашего времени свое деление на двадцать подразделений?

Далее, как заявляют наши авторы, осетины срезают природно-осетинское. Например, заявляют они, уже и язык осетинский все чаще называют аланским, разрушая тем самым наш природно-этнический код. Здесь, как нам представляется, самое время отметить факт появления языка ведических гимнов в Индии в XIV в. до н.э. вместе с сираками. Они вплоть до наших дней обитают в провинции Пенджаб (Панчал). Осетинская долина в античное время называлась Сиракеной. Реки амазонок, ниспадая с гор, текли через равнины сираков (31, с.478-479).

В наше время имя сираков известно в двух вариантах произношения – Ир и Хири. Современный иронский язык не равняется языку ведических гимнов. Он не принадлежит ни скифам-дигурам, ни овсам-савроматам, ни туалам. Вывод напрашивается сам по себе. Язык иронов принадлежал, очевидно, тому племени, которое, начиная с первых веков новой эры, весь период средневековья господствовал в среде осетинских племен, и его именем называется средневековая Алания. И никакого природно-этнического кода этот факт не разрушает. Быть может, напротив – именно этот природно-этнический код позволяет народу выстоять в хитросплетениях политических и иных катаклизмов.

Странным благодушием звучат слова наших авторов о безразличии к тому, как будут поступать наши соседи по вопросу об аланских этнических корнях и аланском наследии. Как известно, если сосед готовит документы на твой дом или квартиру, он будет искать варианты доказательства своих прав на твою собственность и получение ее в пользование. Кроме различных карт, завещаний и прочих настоящих документов, они могут пытаться доказать это и подтасовкой (созданием фальшивых документов) и показаниями лжесвидетелей. В том числе, их действия могут, наконец, носить чисто оскорбительный характер в отношении вас и памяти ваших родных и близких. Как известно, нормальные люди к подобным действиям равнодушными быть не могут.

Странными звучат и слова авторов статьи о том, что уже в средневековье аланы «гуляли» по Европе и Кавказу и нигде долго не задерживались, нигде не создавали государств. Мимо же любых племен – кто не проходил.
Но даже при создании государств есть, уточняют они для нас, исконная природная автохтонность на земле, на которой создано государство. У аланов на Кавказе, считают наши авторы, автохтонности нет. Здесь, опять же, они демонстрируют известное заблуждение. Конечно, аланы не были одиноки во всех своих местах расселения. Всегда вместе с ними предстают какие-то племена. С ними они объединяются и создают союзы племен, которые в ряде мест постепенно переходят в государственность. Это, прежде всего, территории Центрального Кавказа, Франции, Северной Африки и Индии. То есть, аланы не просто проходили мимо разных земель, а иногда оседали, подчиняли аборигенов и создавали государства.

 

Предки всех народов Кавказа являются пришлыми.

Они не всегда выдерживали натиск других племен, но в ряде случаев их государства существовали на протяжении веков. Если говорить о том, что аланы не были автохтонами на Кавказе, то таковыми, как известно, не были и все остальные племена на этих территориях. Предки всех народов Кавказа являются пришлыми.

Что касается монастырей и других культовых архитектурных сооружений, то для нас важно не их строительство и наличие, а что говорят об аланах византийские и прочие источники.

В них говорится о достаточно сильном государстве средневековых алан на Центральном Кавказе, с которым ищут союза Византия и Хазарский каганат.

Наши авторы не видят в осетинском аланизме ни миллиграмма реального, природного содержания и считают его исключительно политическим. Следовательно, отмечают они, решение этого вопроса есть долг и обязанность политической власти в РСО-Алания. Для себя же авторы видят выход в том, чтобы перевести «аланскую идею» из политической в научно-историческую плоскость. От такового поворота они ожидают для себя главного.

Правдиво, как им представляется, исследуя алано-сарматскую природу, можно прийти к выводу, что аланы не относятся к иранскому пласту ни в древности, ни после. Кроме иранского пласта были ведь и другие.

Возможно, считают наши авторы, аланы представляют собой самостоятельный пласт, не связанный с древнеиранским. В этом случае, аланство осетин входит в противоречие с реальной историей осетин, с нашим корневым древнеиранским происхождением. Если аланы самостоятельное племя, заявляют наши авторы, не связанное и с другими кавказскими народами, значит, они выключаются из сегодняшней борьбы за аланство между осетинами, ингушами, балкарцами и карачаевцами автоматически. Осознав сказанное, уточняют они, сегодняшняя, чреватая большими потрясениями межнациональная возня по поводу алан – потеряет свою причину. И закончатся, как им представляется, сегодняшние битвы за алан между республиками.

Читая эти строки, невольно задаешься вопросом о том, чего же здесь больше – наивности, глупости или злого умысла авторов, направленного против осетин?

Как известно, решение любых значимых для общества и нации вопросов, в том числе, и политических, прерогатива не только власти, но и общественности. Наиболее активная часть населения всегда принимает непосредственное участие в решении всех важнейших проблем жизни общества. Уже наши авторы сами готовы подменить собой целую армию осетинских историков, лингвистов, фольклористов, теологов, и других. Они хотят перевести «аланскую идею» из политической в научно-историческую плоскость. При этом авторы статьи умалчивают тот факт, что именно благодаря таким деятелям, как они, все это и имеет место быть.

Уже они и предвещают, что правдиво изучая алано-сарматскую природу, можно прийти к выводу о том, что аланы не относятся к  иранскому пласту, ни в древности, ни после. Таким образом, как это им представляется, все источники и вся почти трехвековая историография – не имеют никакого значения. Из века в век историки, лингвисты и другие ученые зря только теряли время и силы по изучению истории индоиранцев на территории нашей Родины – аланы к ним не относятся. Зря выкапывали из недр земли артефакты – зарыть обратно! При этом, никто ведь и не отрицает, что, кроме иранского этнического пласта, были и другие, но они конкретные и вполне известны.

На Кавказе можно обозначить для последних двух тысяч лет, начиная с появления здесь алан, нахско-дагестанские, абхазо-адыгейские, тюрко-алтайские, иберо-картвельские, хурро-урартские (албанские) и армяно-сомхитарские племена. Временно появлялись здесь арабские, монгольские, и прочие завоеватели. Других больших масс людей на Кавказе не было. К кому же из них, в таком случае, наши досточтимые авторы предпочитают на основании своих исторических исследований приписать наших алан-кударитов?

Каким же гигантом мысли надо быть, чтобы отнести алан к кому-то, ибо на Кавказе могли быть не только иранские, но и другие этнические пласты? Уже на основании такого фантастического посыла они заявляют, что аланство осетин входит в противоречие с реальной историей осетин, с нашим корневым древнеиранским происхождением. Следовательно, осетинам, как это хочется нашим авторам, вместе с аланами необходимо отказаться от скифов, сармат и других. При этом, они даже не понимают, что в древних и средневековых объединениях осетин, кроме иранцев, были еще и другие арийские подразделения в лице индоариев и дардов.

Не дают наши авторы ответа и на вопрос о том, что если аланы не арии и не «кавказцы», то кем же они могут быть в этом случае – чукчами, пигмеями или бушменами? Кем-то же ведь они были, эти аланы? Или наши авторы вообще хотят их лишить исторического лица, или объявить инопланетянами?

Чем, как не юродством, можно обозначить следующий пассаж наших авторов о том, что стоит осетинам отказаться от алан, так все остальные тут же последуют этому примеру.

Как это напоминает логику мышления тех, кто правил Россией в 90-е годы. Это они заявляли, что стоит России избавиться от своего ядерного оружия, так американцы и все остальные тут же бросятся уничтожать собственные запасы оружия. Слава Богу, что эти уроды от политики уже в прошлом истории России! А мы помним судьбу Саддама Хусейна и его страны после того, как он внял уговорам и не стал производить ядерного оружия. Хотелось бы посоветовать нашим авторам отказаться от своих домов и машин ради эксперимента. Быть может, и все остальные поступят так же?! Далее они могут проследить за тем, захочет ли кто-нибудь их
заполучить или нет. Очевидно, как это нам представляется, долго им ждать не придется. Ведь желающие отыщутся даже на самый захудалый домик и заржавелую машину.

Конечно, совершенно справедливо считают наши авторы, что иные могут остаться при аланизме. Тем не менее, как предполагают они, у исторической науки есть шанс выиграть битву. Однако, как видно из текста статьи, даже предложение действующего министра по делам национальностей А.А.Цуциева о создании Центра по изучению аланизма не вселяет оптимизма в сердца наших авторов. Действительно, еще один Центр! Но ведь в научных Центрах в Осетии недостатка нет! Вот если перестраиваться методологически, и не глядя на ошибки прежние, то конечно! Будут ли по-прежнему гонимы инакомыслящие? В этих размышлениях авторов статьи, справедливости ради, следовало бы поддержать. Однако, как это видно из их последующего заявления, здравые рассуждения тут же перекрывает зона абсурда. Вместо нового научного Центра, который едва ли что-либо добавит к результатам научных исследований по осетиноведению ныне действующих в Осетии организаций, авторы предлагают создать «Общество любителей осетинской истории», которое будет поправлять специалистов. То есть, это Общество, считают авторы статьи, будет находить ответы на множество вопросов, на которые официальная история ответы не дает или дает неправильные ответы. Вот за это особое спасибо.

 

Чтобы профессионалу что-то написать, надо будет спросить любителей – а как правильно?

Чтобы профессионалу что-то написать, надо будет спросить любителей – а как правильно? Предлагаемое Общество, по мнению авторов, создаст мосты между официальной историографией и народом. Ими декларируется существование двух историй. Официальная, аланская, и народная, осетинская. Безусловно, подчеркивают члены Общества (полицаи, адвокаты, инженеры, писатели, экономисты и прочие), они будут заниматься аланистикой до тех пор, пока для всех не станет совершенно ясно, что аланы и осетины – это выходцы из этнически разных племен и пластов. Данное заявление демонстрирует незнание нашими авторами элементарных основ теории генезиса народов.

Изначально любой народ формируется на основе объединения в некий союз подчас из этнически чуждых друг для друга племен. Таковыми, конечно же, были и аланы с осетинами. Ведь слово осетин, кроме узкоэтнического обозначения конкретного племени, получило еще и значение общего для всех осетинских племен наименования (скифов, сарматов, алан, туальцев, и других). Странные люди, эти члены придуманного Общества. Ведь ни один грузин не возмущается по вопросу о том, почему хевсуры не стали чанцами, а картвелы – мегрелами, пшавы – мтиулами, ингилойцы – имеретинцами. Эти племена-подразделения грузинского народа есть, и все грузины этому радуются и восторгаются культурой и историей каждого из них. Ни один грузин никогда и не подумает об отказе от какой-то части своего народа. Почему же осетины в лице целого Общества готовы предать анафеме алан-кударитов и вычеркнуть их из истории нашего народа?

Авторы статьи смело заявляют о готовности работать бесплатно на ниве осетинской истории и считают, что сосуществование двух центров исторического знания – официального и любительского, изменит сущность осетинского бытия. При этом авторы статьи не уточняют, когда же они будут заниматься своей собственной работой. Однако, как нам представляется, это все не важно. Главное – это готовность членов Общества крушить все и вся в области осетиноведения и сделать все для того, чтобы еще более подвинуть наш народ к краю пропасти.

Конечно, нет смысла говорить о всех болезнях осетинского общества в одной небольшой статье. Они на руку тем, кто давно сеет смуту внутри нашего народа и разжигает внутри нации рознь. Гибельная ситуация в нашем наследии лучше всего характеризует положение дел в сфере религии. Кроме пения муллы с минарета Суннитской мечети, иногда можно слышать в нашем городе и звон колоколов. При этом, если бы наши знания по прошлому осетинского народа были более основательны и объемны, то колокольный звон извращенцев от науки можно было бы и не замечать. Однако, как это нам представляется, лучше разобраться с тем «О чем звонят колокола» шулеров сегодня, чем завтра осознавать «По ком эти колокола звонили» вчера.

Так прислушайтесь к ним, и вы поймете, что они звонят о том, быть или не быть последнему осколку арийского этноса на Кавказе. Именно поэтому можно утверждать, что, если сегодня не сделать реальные шаги по изменению ситуации во всех сферах жизнедеятельности осетинского общества, то ответ на вопрос «По ком звонит колокол?» будет прост и понятен. Как в одинцовские времена был прост девиз одного из  руководителей нашей республики: «Осетины  должны забыть свою великую историю. Наша история начинается с октября 1917 года».

Хороши бы мы были, если бы забыли... Как видим, пораженческая история повторяется. История любого народа, его генезис могут рассматриваться лишь при учете ряда наиболее значимых факторов или положений. Никакой ученый или политик отменить их не сможет. Просто их надо знать всем тем, кто хочет хоть что-то понять о своем народе и, в конечном счете, о себе.

Это, прежде всего, полиэтническое происхождение любого народа, которое и предполагает этногенетические процессы в течение длительного времени. При этом, в составе грузинского народа и в наши дни мы все еще
имеем до двух десятков этнокомпонентов. В Дагестане число этноподразделений достигает тридцати восьми. Там даже языки разные. А у нас – версии одного языка с незначительными особенностями. В свою очередь, еще в XIX веке на Северо-Западном Кавказе отмечалось порядка восемнадцати этногрупп абхазо-адыгейцев. Осетинский народ, в этом смысле, не представляет никакого исключения. Соответственно, количество только наиболее крупных и значимых этноединиц, давших начало современному осетинскому народу, достигало в древности и в средневековье не менее десятка подразделений, в ряде случаев чужеродных друг другу.

В наши дни половина из них сошла с авансцены истории, оказавшись ассимилированной другими подразделениями осетин. Археология как наука именно потому представляет особый интерес для этнологии, что позволяет на основе археологических культур раскрывать историю тех или иных этноплеменных образований, которые оставили нам свои материальные комплексы. Они дают возможность в значительной степени изучать историю и культуру каждого племени по материалам принадлежащего ему наследия. Одним словом, есть археологическая культура – следовательно, были и этноподразделения, ее оставившие.

Вне всякого сомнения, каждый этнос, включаемый в число предков того или иного народа, проходит свой самостоятельный путь развития до встречи и объединения с остальными составляющими. При этом на раннем этапе контактирования все они определенное время просто сосуществуют, сохраняя свою этнокультуру в почти неизменном виде. Ведь даже сегодня в среде единого этноса, разделенного лишь ущельями, мы видим
такое разнообразие, что трудно прийти к чему-то одному в сфере отправления культов, обычаев.

Дальнейшее соседство и объединение в единый союз с элементами государства предполагает начало выработки общих основ культуры с включением в той или иной мере определенных элементов от наследия каждого составляющего данного народа.

Современный уровень развития исторической науки позволяет со всей определенностью говорить об отсутствии на большей части первобытной ойкумены, в том числе и на Кавказе, коренного неолитического, мезолитического или, тем более, палеолитического населения, явно фиксируемого в культурах последующих этнообразований исследуемой территории. То есть, его представители предельно слабо прослеживаются
в культурах энеолита и бронзы соответствующих территорий и не дают возможности рассматривать их как сколь-либо значимых составляющих будущих народов и их культур.

Для последующих этапов истории каждого края четко отмечаются следы переселений носителей разных культурных традиций. В период энеолита и в эпоху бронзы процесс формирования народов находился лишь в начальной стадии и там, где этот процесс происходил особенно бурно и с участием огромных масс людей, создавались наиболее благоприятные условия для зарождения и развертывания эпосотворчества.

Генезис любого народа происходит всегда и везде на конкретной территории. При этом обычным является ассимиляция старого населения новыми переселенцами или наоборот, многократные наслоения этносов друг на друга. Границы первоначальной зоны подвергаются различным и постоянным изменениям, но всегда сохраняется центральная часть – так называемое ядро. Важно в каждом конкретном случае точно определить именно это территориальное ядро, которое может означить базовую территорию формирования изучаемого народа.

Конечно же, любой этногенетический процесс, в том числе формирования народа, имеет свои хронологические рамки. Эти рамки включают в себя два весьма условно выделяемых периода: период собирания племен на основной (базовой) территории и период смешения, слияния в одно целое всех этнических групп, стирание их основных родо-племенных различий при обязательном формировании новой культуры, общей для всего населения края.

Сохранение в живом виде этнокультурных элементов различных составляющих народа и, прежде всего, их этнических наименований, является ярким показателем незавершенности процессов его генезиса в силу тех или иных исторических причин, поименное указание племен-участников генезиса данного народа и, скорее всего, отсутствие национального самосознания как важнейшего показателя единства любой нации. Однако не всегда возможно в развитии изучаемых племен и народов проследить через все эпохи преемственность в материальной и духовной культуре.

Означенные положения, например, при применении их в осетиноведении, позволяют совершенно по-новому взглянуть и на историю остальных народов Кавказа и Закавказья, на их взаимоотношения с предками современных осетин. К тому же, в связи с добавлением к названию Южной Осетии термина «Алания» вновь разгораются страсти не только в самой Осетии, но и в соседних с нами республиках.

Чего стоит, например, опубликованная в газете «Грузинская Республика» за №№31-32 от 10 февраля 2017 года статья Роина Метревели, академика, вице-президента Грузинской академии наук. В своей небольшой работе автор пытается донести до мировой общественности истинные знания по истории осетин и грузин со словами «Правда же такова!» и начинает с утверждения уже в названии первого же раздела «Что за Алания, какая там Алания. Цхинвал – это Внутреннее Картли».

Почтенный академик с первых же строк отрицает существование понятия «Южная Осетия» ранее середины XIX века и сетует на то, что «В XXI веке, в этом так называемом веке надежды, человек остается таким же жадным и злым, каким он был в прежние века. Насилие вновь шагает по широкой дороге». И это заявляет представитель государства и народа, вооруженные силы и бандформирования которого с ноября 1989 года по август 2008 года день за днем вершили над южными осетинами насилие, обозначив его финальную часть фашистским планом ликвидации Южной Осетии, ее осетинского населения под названием «Чистое поле».

Сегодня мы даже не сможем назвать точное количество убитых и замученных в Грузии и на территории Южной Осетии людей только за то, что они просто были осетинами. При этом счет идет на тысячи. Как известно, за этот период времени грузинами были сожжены и уничтожены десятки осетинских сел только в самой Южной Осетии. Большая часть домов в городе Цхинвал была разрушена и сожжена. Грузинские бандиты, опираясь на полную поддержку официальных властей и красноречивой грузинской интеллигенции, грабили и изгоняли осетин из их домов не только в Тбилиси, но и по всей Грузии. По земле Грузии и Южной Осетии зло шагало по широкой дороге благодаря именно соплеменникам и единомышленникам многоуважаемого академика.

По мнению Роина Метревели, совершенно непонятно (даже возмутительно) старание де-факто правительства Южной Осетии по наименованию Цхинвальского региона «Аланией». Это, с одной стороны, считает ученый, говорит о незнании истории, а с другой – подобное действие трактуется им как игнорирование существующей реальности. Вообще, заявляет академик, давать уголку земли, региону название по декрету недопустимо, без учета данных исторической географии, ибо в таком случае опрос народа является фарсом, сокрытием некомпетентного и бездушного отношения к вопросу. Более того, уточняет он, произвольное изменение названия истинно грузинской земли является злодеянием.

Исходя из подобных заявлений Роина Метревели, очевидно, есть прямая необходимость уточнить некоторые факты. Как показывает материал, собранный и изученный Ю.С. Гаглойти, обозначение территории компактного расселения осетин на южных склонах Главного Кавказского хребта Осетией, посюсторонней или Южной Осетией, сплошь и рядом встречается на протяжении XVII-XVIII в.в. в грузинской, русской, западноевропейской литературе и официальных документах.

Наиболее показательны в этом отношении грузинские источники. Говорить в этих условиях о появлении термина «Южная Осетия» лишь в XIX в., не говоря уже о приписывании его авторства большевикам, отрицая тем самым реальность ее существования как этнографической единицы, по меньшей мере, невежественно. Тем более, что и XVII в. нельзя считать самой ранней датой появления рассматриваемого названия (7, с. 489).

Южная Осетия, исходя из реальной, а не сфабрикованной истории, так называемой Грузии, представляет собой не Цхинвальский регион, а тот маленький кусок земли, который остался у осетин после планомерного вытеснения их грузинами-картвелами из всех уголков Закавказья в течение двадцати четырех веков. Картвелы появляются в Закавказье к началу эллинистической эпохи (IV-III вв. до н.э.) в лице носителей традиций
кувшинных погребений, засвидетельствованных в более раннюю эпоху в Западной Грузии (например, в Даблагоми) (23, с.119).

sv

К этому времени на территории Восточной Грузии классовая дифференциация все более усиливалась, родовой строй быстро разлагался – наступила эра классового общества и государственной организации. Этот процесс завершился возникновением в конце IV и начале III века до н.э. в Центральном Закавказье государства, именуемого в  греко-римских источниках Иберией, в грузинских же летописях Картлийским царством
(18, с.10).

В рамках существовавшего здесь этноплеменного массива до переселения картвелов земледельческое население было представлено в незначительном количестве. Их переселение на земли, занятые осетинскими племенами, позволило организоваться всему населению в определенной иерархии, зафиксированной позднее Страбоном (31, с.474). Капиталистическое общество предполагает наличие не только капиталистов, но и пролетариата. Ни скифы, ни сарматы, ни савроматы, ни туалы в земледельцах у картвелов не могли оказаться. Таковыми были, конечно же, сами картвелы для осетинских племен и они медленно и упорно осваивали
земли Южной Осетии.

При этом картвелы многократно и очень искусно использовали для этого каждое поражение осетин в Закавказье от разных завоевателей: македонцев, римлян, персов, арабов и других. Разве не называют они без всякого зазрения совести земли къухов, къахов, сёров и других осетин термином «Сакартвело»?

Роин Метревели явно демонстрирует полное незнание (или нежелание знать) подлинной истории и исторической географии. Он совершенно не хочет принимать во внимание тот факт, что осетины живут на своей земле, и никто не может им запретить называть эту землю, как им заблагорассудится. Настоящим же злодеянием следует называть факт захвата земель осетинских племен, часть которых обитала на данной территории уже с эпох энеолита и ранней бронзы в лице, например, халибов-амазонок и нартов.

При этом возникновение названия «Южная Осетия» и его производных как обозначение территории компактного расселения южных осетин не связано ни с образованием Юго-Осетинской АО в ГССР, ни с установлением русского правления в Закавказье (7, с.492).

Второй раздел статьи Роин Метревели озаглавил «Каково положение дел?», и в нем содержатся еще большие заблуждения и несуразицы. Вот текст автора: «То, что осетины вместе со скифо-сарматскими племенами поселились на Северном Кавказе (на территории Северной Осетии) несколько веков тому назад, думается – не является спорным. Примечательно, что осетинский язык относится к северо-восточной иранской языковой группе индоевропейской языковой семьи. В X-XII веках осетинское царство имело отношения с различными странами, в том числе и с Грузией (в XI-XII веках Осетия была подданной страной Грузии). В результате нашествия Тимурленга объединенной Осетии наступил конец, и осетины рассеялись в разные стороны (в Венгрию, Балканские страны и др.). Одна часть осетин пробовала перебраться и обосноваться в Картли. Но из-за сопротивления грузинских феодалов такое не случилось, и они вынуждены были вернуться обратно. В XVII-XVIII веках осетины спускаются и селятся в предгорных и равнинных зонах Грузии (на территории северной окраины Картли). Малая часть  осетин (кударские осетины) селятся в Имеретинском царстве. Осетины обосновались в Картли и оказались в вотчинах арагвийских и ксанских эриставов. Они, подобно грузинским крепостным крестьянам, служили грузинским феодалам. Примечательно, что осетины вместе с грузинами плечом к плечу  воевали против вторгшихся врагов. Хранятся сведения о том, что к осетинским крепостным крестьянам с вниманием относился царь Ираклий II».

Таким образом, в приводимом разделе текста своей статьи почтенный академик демонстрирует полное незнание истории осетинского и грузинского народов. Термин «осетины», исторически следует использовать не только как обозначение конкретного племени или группы племен, но и объединения различных подразделений осетинского народа, далеко не всегда этнически однородных. При этом, иранцами из полутора десятков этнических компонентов осетинского народа были только скифы-дигорцы и аланы-кударцы.

Совершенно странным представляется незнание грузинским академиком факта появления скифов и киммерийцев на территории Центрального Закавказья в VII-VI веках до н.э. и создания ими здесь Скифского царства со
столицей Саркине в районе современного города Мцхета (23, с.224-225). При этом скифский город располагался на западе от Мцхеты, где Саркинетская крепость (19, с.11). Об этих племенах совершенно недвусмысленно говорят «Мокцевай Картлисай» и «Картлис Цховреба», называя скифов бунтурками – то есть, коренными туранцами (скифами). «Мокцевай Картлисай» называет у них четыре города – Саркине, Каспи, Урбниси и Одзрахе (6, с.110-111).

Это их объединение с остальными племенами осетин застали картвелы в Центральном Закавказье, уходя с запада под натиском войск Александра Македонского (23, с.119). Подразделения осетинского народа заселили не несколько веков назад территорию Северной Осетии в современных границах, а всего Центрального Кавказа и заселяли, начиная с эпохи энеолита и заканчивая ранним средневековьем. Об этом в достаточной мере свидетельствует факт бытования на одной и той же центральнокавказской территории соответствующих археологических культур: майкопской, северокавказской, кобанской, скифо-сарматской и, наконец, аланской.

Последняя группа племен скифов-дигорцев в VII веке поселилась в Западной Алании (в верховьях Кубани), отступив сюда под натиском хазар. Как известно, после европейского похода гунны распались на две ветви – на утургуров и кутургуров. По свидетельству писателя VI века Прокопия, после гуннского погрома, в ближайшем соседстве с аланами в устье Кубани имя гуннов сменяется именем утургуров, а затем именем болгар.

Современник Прокопия, Иордан, в тех же местах «над Понтом» за акацирами (хазарами) помещает жилища болгар. И там же указывает болгар Феофан, когда говорит, что между Меотийским озером и рекою Кубанью лежит Древняя или Великая Болгария, которая называется иначе страною котрагов, соплеменников болгар. Из известия Менандра мы узнаем, что утигуры и аланы вступили в войну с Турксантом и потерпели поражение (25, с.60-61).

al2

В дальнейшем, племена утигуров становятся известны как дигуры и представляют собой население Западной Алании. Дело в том, что при болгарском хане Кубрате (584-642 гг.), завершившем объединение болгарских племен, Великая Болгария достигла своего зенита, но ненадолго. После смерти Кубрата его сыновья разделились и начали расселяться, уводя с собой и массы зависимого от них населения. Одна часть переселилась на Дон, войдя затем в состав племен, создателей салтово-маяцкой археологической культуры. Другая часть болгар, во главе со старшим братом Баяном осталась, согласно приказу отца, на родной земле. Вскоре болгары Приазовья потерпели поражение от хазар и вынуждены были отступить вверх по руслу к истокам Кубани в Западную Аланию (17, с.99).

Одним словом, территория Центрального Кавказа между реками Аргун и Уруп, начиная с эпохи ранней бронзы и заканчивая временем нашествия Тимурленга, всегда находилась у предков осетин. Это же следует сказать по поводу Центрального Закавказья, где осетины населяли беспрерывно всю территорию вплоть до берегов озера Севан.

Даже в период раннего средневековья (VI-XI века) известный источник, каковым является Дагестанская хроника «Дербенд-наме», конкретно указывает на существование на запад от Дагестана могущественного государства Хиран (Иристона-Сиракены). Иначе источник называет эту страну «Страной башен». Особо отмечается для этих веков, что все реки Гурджистана текут из страны Хирана (Иристона).

Не надо обладать особыми умственными способностями, чтобы понять – речь в данном случае идет не о реках Северной Осетии, а о реках, берущих начало с южных склонов Главного Кавказа (Риони, Джоджора, Кодори, Лиахви, Алазани, Йори).

Данный факт из дагестанской хроники Дербенд-наме подтверждает текст византийского писателя VI века Прокопия Кессарийского. Он свидетельствует, что аланы жили на юге от Кавказских гор и на севере от этих гор.

В своей «Истории войн римлян с персами» он пишет, что они жили в Закавказье там, где «на правой руке границы Иверии, а  на супротив оканчивается гора Кавказ; здесь обитают разные народы, между ними аланы и авазги, издревле христиане и римлянам дружественные» (30, с.41).

 

Многочисленные письменные источники периода средневековья говорят об «Аланской державе», об «Аланском царстве», они говорят о «царе» или «властодержце» алан.

Общеизвестно, что для Средневековой Алании X-XII века являются периодом взлета ее могущества. Об этом говорят многочисленные источники: древнерусские, византийские, хазарские и другие.

Ослабление Хазарии и поражения арабов в Закавказье в значительной степени сделали возможным возвышение Алании в X веке. В X-XI веках аланы выступали как самостоятельная и сильная военная держава с более или менее централизованной властью. Многочисленные письменные источники периода средневековья говорят об «Аланской державе», об «Аланском царстве», они говорят о «царе» или «властодержце» алан.

Так, например, известный византийский император Константин Порфирородный (X в.) писал: «Когда властодержец Алании не находится в мире с хазарами, он может сделать им много зла».

 

«Царь алан выставляет 30 тысяч всадников. Там царь могущественный, сильный, он пользуется большим влиянием, чем остальные цари».

О силе и значимости аланского царя свидетельствовали и сами хазары. Неизвестный хазарский писатель (X в.) писал: «И заключил царь союз с нашим соседом – царем алан, так как царство алан было сильнее и крепче всех народов, которые живут вокруг нас». Речь здесь идет о середине X века.

То же говорит и арабский писатель Масуди (X в.): «Царь алан выставляет 30 тысяч всадников. Там царь могущественный, сильный, он пользуется большим влиянием, чем остальные цари».

Еще более выразительно характеризуют возросшее в X веке международное значение Алании официальные формулы обращения византийского двора к разным властителям Восточной Европы и Кавказа. «Аланский властодержец» – как называет его официальная формула, – признавался византийцами самостоятельным, независимым государем Алании наравне с архонтом Великой Армении, каганом Хазарии и архонтом России, тогда
как «куропалату Иверии», владетелю Авазгии (т.е. Абхазии), Албании и еще семи других народов, которые названы у Константина, посылались просто «повеления» (указы) царя (30, с.57-58).

Судя по известию Константина Багрянородного, аланы не только являются независимыми от хазар, но своими нападениями препятствуют их сношениям с черноморскими областями и Таврическим полуостровом. Из этого свидетельства видно, что аланы занимали такое положение на Северокавказской равнине, которое давало им возможность перерезать путь хазарам и в Саркел на Дону, и в климаты (поселения между Херсоном и Боспором в Крыму), и в Херсон (25, с.62). Следовательно, если аланы могли успешно противостоять такому могущественному противнику, каковым являлся Хазарский каганат, то едва ли Грузия могла представлять для
них какого-то серьезного противника.

 

Аланские митрополиты ездили в Константинополь, принимали участие в церковных соборах.

Крупная роль алан-осетин в X-XI веках видна и из того, что византийский двор, хазарские каганы, русские князья, армянские и грузинские цари старались заключать династические браки с аланскими царскими династиями. Аланская митрополия занимала 61-е место в составе Константинопольского патриархата, вслед за русской кафедрой. Аланские митрополиты ездили в Константинополь, принимали участие в церковных соборах. При этом христианизация алан была чрезвычайно поверхностна. Она ограничивалась постройкой немногих храмов и усвоением некоторых обрядов и праздников, усвоением названий некоторых святых и девы Марии.

Произошел синкретизм старого язычества и нового христианства, точнее сказать, образовался очень тонкий налет христианской религии на вполне устойчивых древних верованиях, которые сохранились во всей своей целости в жизни осетин до позднейшего времени (30, с.58-59).

Рассуждения Р. Метревели о попытках осетин после поражений от войск монголо-татарских завоевателей и Тимура-Тамерлана перебраться на юг и вынужденное возвращение их из-за сопротивления грузинских феодалов, могут вызывать лишь недоумение.

Как отмечалось нами выше, осетины жили на южном склоне Главного Кавказского хребта с эпохи энеолита. Никакой необходимости им перебираться туда в XIII-XIV веках просто не было. Если же автор имеет в виду новые подразделения собственно алан-кударитов, то таковой факт действительно имел место. С равнинных земель они повсеместно отступили в горные районы Центрального Кавказа, уходя от завоевателей и сохраняя
свою независимость.

В 1736 году грузинский царь Александр пожаловал осетин Джавского общества князю Барсио Мачабели. Население Ксанского и Арагвского ущелий подчинилось ксанским и арагвским эриставам (3, с.55). При этом Арагвийские и Ксанские эриставы были по своему происхождению осетинами (14, с.54), как и многие другие представители грузинской знати. Имея в своем подчинении по несколько тысяч осетин, эти эриставы, как указывает в 1769 году в «Записке о эриставствах Арагвском и Ксанском» А.А. Цагарели, могли противостоять грузинским царям (6, с.101). Но разве, в таком случае, все остальные осетины не могли противостоять грузинским царям?

По переписи 1770 года, проведенной по указу Ираклия II, арагвских осетин Заха, Трусо, Чвири-Хада и Гуде было 1200 дымов, остальное население Арагвского эриставства – 1600 дымов, во владениях же князя Мачабели – 860 дымов (3, с.53).

Как известно, изначально, с момента возникновения Грузинского государства, здесь правили осетинские династии – Фарнавазидов и Аршакидов (одновременно Аршакиды правили в Северной Индии, Иране, Армении
и Алании-Осетии). Первым царем и организатором Картлийского царства грузинская историческая традиция считает Фарнаваза, основателя царской династии Фарнавазианов.

При преемниках Фарнаваза Иберия постепенно усилилась, расширились ее границы. Картлийское царство включало не только всю современную Восточную Грузию, но и юго-западные районы – исторические области Тао и Спери, а также восточную часть Колхиды – Аргветское эриставство (18, с.11). Одна сестра Фарнаваза была замужем за царем овсов, а другая – за осетинским царем Эгриси Кужи. Сам же Фарнаваз был женат на осетинке из племени дурдзуков. Нет ничего удивительного и в том, что изгнанный картвелами сын Саурмага воцарился на троне своего отца, вернувшись с войсками овсов и дурдзуков – двух осетинских племен.

Наперекор интересам Рима, другой осетинский царь Иберии Фарсман II продвинул свои границы в бассейн реки Чорохи, вклинился в подвластные Риму области, и в районе устья Чорохи вышел даже на побережье Черного моря. Фарсман призвал северокавказских алан (предков нынешних осетин) и направил их не только на Парфию, но и на римские провинции (18, с.15).

В истории Грузии особое место занимает время правления Сослана Царазона. Как только не изощряются грузинские авторы, чтобы принизить его роль в укреплении и возвышении Грузии и выставить на первое место в управлении государством его супругу Тамару. Получается, что не Сослан командовал под Карсом и побеждал врагов в Шамхорской или Басианской битве, а сама царица Тамара шла в атаку на лихом коне впереди грузинского войска.

Грузия этого времени объявляется сильнейшим государством на Ближнем Востоке. Для этого времени грузинскими учеными северокавказские горцы – черкесы, осетины, дурдзуки-гундзы – называются вассалами Грузии.

В своих хитросплетениях грузинские баснописцы доходят до того, что вместо закономерной династической формы Георгий сын Сослана, пишут – Георгий сын Тамары (которая, к слову, тоже была дочерью осетинки). По мнению этих авторов, к началу XIII века грузинская феодальная монархия охватывала почти весь Кавказ. Зависели от Грузии: весь Северный Кавказ, Восточное Закавказье, Южный и Иранский Азербайджан, вся Армения и Трапезундское царство.

Северокавказские княжества, Ширван, Ран и другие находившиеся к югу мусульманские владения были вассалами Грузии, а территория бывшего Армянского царства непосредственно вошла в состав Грузинского
государства (19, с.27).

Остается непонятным вопрос о том, как при таком могуществе Грузия не смогла оказать серьезного сопротивления татаро-монгольским завоевателям, которые в 1221 и 1235 годах громили их героические отряды. При этом в январе 1221 года «монгольский арьергард перебил всех победоносных грузин» под Тбилиси, а в августе того же года 70-тысячная грузинская армия во главе с Георгием была полностью разгромлена и потеряла в бою больше половины своих людей. От ран, полученных в бою с татаро-монголами, скончался сын Сослана Царазонова – царь Грузии Георгий (29, с.152). В результате второго похода их в Закавказье в 1235 году, Грузия окончательно была подчинена монголам.

Следует отметить, что как в основных битвах, так и в отдельных крупных столкновениях с монголами в грузинских войсках всегда присутствовали значительные по количеству осетинские отряды.

Общеизвестно, что после смерти Сослана Царазонова (1207) и Тамары (1213), более двух веков во главе Грузии были их потомки.

Не секрет, что в период правления Сослана Грузия достигла наивысшего могущества  за всю свою историю. Прежде всего, его победы стали возможны в битвах с врагами Грузии благодаря осетинским воинским отрядам. Не только Ираклий II, но и все остальные цари Грузии всегда старались опираться на осетинских воинов в своей борьбе: как с внутренними, так и внешними врагами, и вынуждены были с особым вниманием к ним относиться.

Наш многоуважаемый автор обозначил следующий раздел своей статьи как «Пару слов об аланах» и указывает на то, что они упоминаются в произведениях арабского ученого и писателя XII века Якута (Ибн Абд Ал-лах Ал-Руми Ал-Хамави) и арабского историка и географа Ал-Фидаса (Исмаил ибн Али). По этим источникам, указывает Р. Метревели, аланское племя проживало в Средней Азии (исламский период). Они оттуда переселились на северные склоны Кавказского хребта.

По сведениям профессора И. Маркварта, аланы с IX века были известны под названием «ас». Того же названия («ас») с монгольского периода придерживается и академик В. Барельд. Он же приводит сведения средневекового ученого и энциклопедиста X-XI веков Ал-Бируни (Абдул-Райхан Мухамед ибн-Ахмади) о том, что потомство «аланов и асов» проживало между Аральским и Каспийским морями. Они сравнительно поздно переселились на Северный Кавказ.

Форма «ас», как считает ученый, является основой термина «оси». По мнению Р. Метревели, оси-осетин сформировался в грузинском языке и, следовательно, место их проживания тоже по грузинской форме получила название «Осети». По грузинской же форме название существует и в русском языке.

В источниках XIII века аланы упоминаются христианами. Места их поселения, указывает Р. Метревели, простирались в ту пору много дальше на восток, чем в более ранние времена. К моменту первого вторжения монголов область их расселения начиналась непосредственно за Дербентом на север и даже в устье Волги, что, по-видимому, следует рассматривать как последствие падения Хазарского царства.

Разбитые монголами, аланы были частично переселены в различные области монгольской империи. Колония аланов-христиан упоминается католическими миссионерами в Китае.

Во всех этих рассуждениях наш автор опирается на статью академика В. Бартольда «Аланы», предполагая яснее показать ареал расселения алан; подчеркнуть, что аланы никогда не жили на Южном Кавказе. Под названием «оси» («овсни»), считает ученый, осетины появились в Закавказье лишь только в XVII веке и, вообще, они не являются аборигенным населением Кавказа. Даже на Северный Кавказ, по мнению Р. Метревели, осетины переселились двадцать веков назад, и народ под наименованием «алан» в регионе Цхинвал никогда не проживал. Ему представляется абсурдным, когда по аналогии с Северной Осетией, региону Цхинвал хотят
дать название «Алания».

Еще большей несуразностью ему представляется возможное объединение Юга и Севера Осетии. Странным образом Р. Метревели пытается сделать вид, что имя алан впервые упоминается лишь цитируемыми им арабскими авторами. Однако в науке давно установлены археологические культуры алан и первые сведения о них на тысячу лет более ранние. Они общеизвестны и цитируются в сотнях и тысячах работ ученых.

Наш автор абсолютно прав, указывая на среднеазиатское происхождение алан и на проживание их части на территории между Аральским и Каспийским морями. Однако на Центральном Кавказе они появляются уже в результате войны на Боспоре в 49-50 годах новой эры. Здесь они создают объединение осетинских племен, которое прекрасно известно по многим источникам древности. Отсюда они совершают многочисленные нашествия на Закавказье и Переднюю Азию.

Большая часть алан обитала задолго до новой эры на границе с Китаем. Все эти вопросы в науке предельно ясно показаны. Давно установлено в науке и то, что грузинский этнический термин «оси» («овси») никакого отношения к этнониму «ас» не имеет, ибо восходит к сванскому «сав» (мн.ч. «савиар-савар») (1, с.302; 10, с.136).

В свою очередь, данный термин связан с древним этнонимом «савроматы» («саварматы»). Еще Скилакс Карианденский отмечал их непосредственное соседство с меотами и синдами (5, с.12). На это неоднократно обращали внимание исследователи (16, с.68; 20, с.49).

Вокруг озера Меотиды размещает «скифский народ савроматов» Псевдо-Гиппократ (13, с.63). В «Землеописании» Псевдо-Скимна на Танаисе первыми поселенцами называются сарматы, а за ними, по словам (писателя) Деметрия, следует меотийское племя, называемое язаматами, а по Эфору оно называется племенем савроматов, которое некогда соединилось с амазонками (13, с.139-140).

Перечисляя народы с запада на восток, Плиний называет за Питиунтом в Кавказских горах сарматский народ эпагерритов (герров-сираков), а за ними савроматов. По соседству с ними живут талы (13, с.219). В данном случае античный автор четко фиксирует расселение трех осетинских племен с запада на восток от Дона и Пицунды – сарматов, савроматов и туалов. То есть северо-западными соседями туалов, по сведениям античных авторов, изначально были саварматы-савроматы, ассимилированные в период позднего средневековья скифо-сармато-аланскими племенами, и именно они были частью кавказского субстрата для арийского суперстрата осетинского народа (15, с.21).

Как известно, новое расселение из Средней Азии с завоеванием значительных территорий аланами-кударитами начинается в V веке. После трех победоносных войн против Ирана они полностью разгромили Сасанидов в 484 году, а шаха Пероза II кударцы поймали и живым закопали в землю. Именно в 490-510 годах они завоевали и Индию, а их потомки в наши дни занимают провинцию Гуджарат. По переписи 2011 года численность алан-гуджаров в Индии достигает 56 млн. человек.

Более ста миллионов достигает численность къухов, къахов и эров-сираков (иронов), основная часть которых населяет провинции Пенджаб и Кашмир. Около 80 миллионов сако-массагетов (маскутов) населяют провинцию Раджастан.

Определенная часть алан-маскутов уже с первых веков новой эры обитала в районе Дербента, у Каспия.

Что же касается христианства у осетин, то верхушка аланского общества приняла официально эту религию в 914 году. Рядом со страною аланов Ал-Масуди в 956 году указывает абхазов, исповедывающих христианскую религию и имеющих царя.

Как отмечает арабский путешественник, царь аланов сильнее их (5, с.41). Наш автор почему-то не соизволил указать его текст. Конечно, ведь рисуемая Р. Метревели картина расселения алан не стыкуется с указанием средневекового источника.

Два века спустя не Грузию, а Аланию, значительно ослабленную в результате феодальной  раздробленности, наравне с Волжской Булгарией и Русью обозначили в своем донесении Джэбе и Субэдэй Чингис-хану как наиболее сильного противника. Битва монголов и алан произошла на реке Сунжа в 1223 году. В первый день боя, как об этом пишет Ибн-эль-Асир (1160-1230), ни одна из сторон не одержала победы.

Лишь благодаря предательству союзных аланам кипчаков, монголы одолели аланское войско (5, с.49). На курултае 1235 года в столице Монгольской империи Каракоруме было принято решение о новом, грандиозном походе на Русь и Кавказ. «Мнение утвердилось на том, чтобы обратить победоносный меч на голову вождей русских и асских за то, что они поставили ногу состязания на черту сопротивления», – сообщает об этом решении Абдаллах ибн Фазлаллах. При этом на курултае даже не вспомнили в качестве серьезного врага «самое могущественное государство Кавказа»(?) – Грузию.

Вторжение в Восточную Европу началось в 1236 году с разгрома Волжско-Камской Булгарии. В 1237 году началось наступление татаро-монгольских войск на Русь, а осенью 1238 года татаро-монголы приступили к планомерному завоеванию Алании (17, с.255-256).

Монгольский поход против алан, длившийся с конца 1238 по сентябрь 1239 года, по своим результатам был самым разрушительным и жестоким, какой только перенесли аланы до нашествия Тимура.

О непрерывной борьбе алан против татар говорит и другое свидетельство Рубрука: «Аланы на этих горах все еще не покорены, так что из каждого десятка людей Сартака, сына Батыя, двоим надлежало караулить горные ущелья, чтобы эти аланы не выходили из гор для похищения их стад на равнине.

Из другого источника известно, что в это время в Алании (главным образом, у выходов из горных ущелий) стояло десятитысячное войско, охранявшее захваченные в аланской земле богатства и отражавшее постоянные
нападения алан с гор, а также выполнявшее карательные функции с целью окончательного покорения местного населения. Но, несмотря на все эти усилия, татаро-монголам так и не удалось завладеть горной полосой, населенной аланами (22, с.69; 5, с.55).

В непосредственной связи с этими событиями, особо следует отметить переселения больших групп населения различных осетинских племен в Монголию, Китай, Византию, Венгрию и в другие места. Однако даже спустя двести лет, аланы на Кавказе все еще представляли значительную силу. Это они не пропустили через Дарьялское ущелье войска железного Тимура. Среднеазиатский завоеватель вынужден был прорываться на
Северный Кавказ через Дербент.

Тимуру понадобилось три похода, чтобы окончательно разгромить алан (21, с.24-25; 22, с.70). Катастрофа середины XIII века и последующие вторжения Тамерлана надолго затормозили процесс экономического, социального и культурного развития алано-осетинского общества (17, с.273). Осетины потеряли большую часть своих территорий на Центральном Кавказе, отступив в самый центр Кавказских гор и с юга, и с востока, и с севера, и с запада. При этом они не покорились захватчику, сохранились как самостоятельное этническое явление и продолжали обитать во все века, вплоть до присоединения к России по обоим склонам Главного Кавказского хребта.

По мнению нашего автора, осетины не являются аборигенами Кавказа, забывая при этом, что аборигенным на Кавказе не является ни один народ. Ведь непосредственно картвелы появляются в Центральном Закавказье лишь в начале эллинистического времени. Они застают на этих территориях именно осетин (эров-сираков, къухов, къахов, данов-тиндов, туалов, овсов-савроматов и других) во главе со скифами-туранцами – предками современных осетин-дигорцев.

Однако определенными силами в грузинском обществе в головах представителей грузинского народа упорно создается абсурдное представление о том, что это осетины пришли на грузинскую землю и пытаются на ней творить разные безобразия.

Однако исторически именно грузины являются пришлыми на осетинской земле, и это их интеллигенция пытается все перевернуть с ног на голову.

Если, как утверждает наш автор, Двалетия (Южная Осетия) входила в состав Картли, то почему же во главе осетинского посольства 1749 года к императрице Елизавете Петровне, с просьбой о присоединении к России, были направлены представители именно этой части Осетии – Зураб Магкаев и Елисей Кесаев?

Что касается северной части Картли, где образовалась Юго-Осетинская автономная область, то она, как утверждает Р. Метревели, в начальный период истории входила в состав единой Грузии, потом Картли, а в конце безраздельно входила в состав Картли-Кахетинского царства. При этом ученый забывает, что за всю 2300-летнюю историю страны единая Грузия была лишь в период царствования Сослана и Тамары. В древности же территория, известная ныне как Восточная и Центральная Грузия, с границ Албании и до Сурамского хребта была Осетией. Следовательно, граница с грузинскими племенами древности у осетин была не на юге или востоке, а на западе – по Сурамскому хребту.

Ложь грузинских авторов просто зашкаливает. Так, игумен Христофор – грузин, священник из свиты Вахтанга VI дал справку в 1743 году для Синода, согласно которой Осетия находилась под владением грузинского царя. В 1453 году при усилении Турции и Персии Грузия потеряла независимость и осетины с того времени остались в своей воле (3, с.78).

При этом игумен как бы забывает о многовековом господстве в Грузии персов, арабов, монголов, Тимурленга и других. Словно в эти периоды своей истории грузины могли над кем-то владычествовать. К сожалению,
российские и советские власти очень часто в своем видении происходивших событий за Главным Кавказским хребтом исходили из тенденциозных сведений грузинских авторов.

Как известно, за исключением, может быть, двух-трех веков, Картли всегда находилась под кем-то и платила дань кому-то. Вся история Картли самими же грузинами делится на периоды: Осмалоба, Кызылбашоба,
Лекоба, Особа и тому подобное. Интересно, что отмечается Особа даже в XVII-XVIII веках.

С другой стороны закономерен вопрос о том, как можно объяснить тот факт, что шах Аббас неоднократно прошел с войсками по «могущественному» государству грузин Картли?

При этом дважды он безуспешно направлял свои войска для покорения Осетии (в 1614 и 1625), но оба раза вынужден был отступить, в том числе под Зарамагом (6, с.68; 6, с. 218).

По мнению Р. Метревели, никакой единой Осетии в составе дореволюционной России не существовало. Однако автор не видит бревна в собственном глазу. Как известно, в границах Российской империи никакой единой Грузии тоже не было, и в состав России она вошла отнюдь не единым целым.

В 1801 году добровольно вошло в состав Российской империи Картли-Кахетинское царство, а в следующем году – Западная Грузия. Это Россия отбирала Грузию по кусочкам у Ирана и Турции и собирала ее территорию, вступая за нее в войны с той же Турцией, чтобы потом получилась нынешняя Республика Грузия.

Наш автор упорно говорит о подчиненности осетин грузинской знати и называет осетин их хизанами. Однако он не хочет вспомнить, что с вхождением Грузии в состав России в Тбилиси размещались наместники Кавказа. Знать Грузии постоянно покупала этих наместников. Если осетины были холопами грузинских князей, то для чего им нужны были столь многочисленные карательные русские экспедиции в Осетию. Как известно, они более ста раз только за первую половину XIX века получали российские карательные войска против непокорных осетин. Имена и зверства тех, кто возглавлял этих карателей, с которыми обязательно всегда были и в еще большей степени зверствовали представители грузинской знати, хорошо известны в науке.

Людьми их могут называть только авторы, лишенные всяких представлений о чести и совести. Как известно, после многочисленных обращений осетин, Правительствующий Сенат дважды – в 1851 и в 1852 годах – подтвердил правомерность требований крестьян Южной Осетии и направил в Тифлис и Гори свое постановление.

В 1852 году император Николай I издал указ, также не признававший за грузинскими князьями крепостного права над осетинскими крестьянами, которых перевели в разряд казенных (12, с.60). Южные осетины сохраняли свое этническое единство в условиях «грузинской феодальной оккупации» (4, с.292).

После образования Демократической Республики Грузии в 1918 году Южная Осетия оказалась в составе грузинского государства. Грузины решили воспользоваться правом на самоопределение, с выходом из состава Российской империи в результате революционных событий в стране. Однако они и не думали признавать, что такое же право принадлежит их соседям осетинам.

По договору, заключенному с Грузией 7 мая 1920 года, и Россия «не заметила» ущемления интересов малочисленного осетинского народа. Это развязало руки грузинским националистам.

По переписи в 1917 году в целом по Грузии проживало 95.587 осетин. В результате организованного грузинскими меньшевиками геноцида погибло около двадцати тысяч осетин. Более пятидесяти тысяч осетин вынуждены были мигрировать на север. Многие погибли во время никем не обеспеченного перехода по горным перевалам.

Вооруженные Англией и другими странами грузинские меньшевики огнем и мечом прошли по территории Южной Осетии. Населенные пункты Южной Осетии были разрушены, а жилища осетин – разграблены и превращены в пепел. Меньшевистское правительство Грузии, осуществив геноцид южных осетин, старалось представить эту чудовищную кровавую акцию как вынужденную меру борьбы с внутренними врагами грузинского государства.

Лишь в начале 1921 года повстанцы Грузии, Южной Осетии и XI Красная Армия освободили территорию осетин от грузинских меньшевиков.

31 октября 1921 года Кавбюро ЦК РКП(б) приняло решение о предоставлении Южной Осетии автономии и поручило ревкому Грузии совместно с ревкомом Южной Осетии определить границы области. Лишь 20 декабря 1921 года проект границ ЮОАО был утвержден.

Как отмечает Р. Метревели, в состав Южной Осетии вошли районы с компактным проживанием осетинского населения и искусственно приплюсованный грузинский город Цхинвал. Образование Юго-Осетинской Автономной области, по мнению нашего автора, превратило грузинское население этого региона на территории собственной Родины в национальное меньшинство, что в свою очередь, означало грубое нарушение прав и свобод человека и нации.

Для грузинского академика не является нарушением прав и свобод человека и нации то, что в 1921 году Южная Осетия вопреки здравому смыслу была оставлена в составе Грузии. Это сделало возможным в новое время все те издевательства и насилия, которые творили здесь грузинские чиновники, псевдокоммунисты и псевдопатриоты Республики Грузия вплоть до 2008 года.

Не И.В. Сталин, а Г.К. Орджоникидзе определял границы Южной Осетии в 1921 году, и он сделал все для того, чтобы свести к минимуму территорию автономной области. Материалы о его героических антиосетинских действиях общеизвестны и нашему автору, как бы он ни отрицал их существование, они в полной мере известны. Просто не надо лгать. Что касается статьи В.И. Абаева по вопросам грузино-осетинских территориальных споров начала 90-х, то мы прекрасно помним, под каким нажимом со стороны определенных политиков престарелый ученый вынужден был писать этот текст. Как известно, очень скоро он написал другие строки, с совершенно другим видением и отношением к происходящим в те годы событиям на юге Осетии.

 

...в 1938 году в Южной Осетии вместо единой для всей Осетии кириллицы ввели грузинский алфавит.

Слова Р. Метревели о том, что в составе Грузии для осетин были созданы все условия для развития национальной культуры и экономики, откровенно кощунственны и звучат, как насмешка. Видимо наш академик запамятовал, что в 1938 году в Южной Осетии вместо единой для всей Осетии кириллицы ввели грузинский алфавит. А разве, например, с 1949 года все преподавание в школах Южной Осетии, включая и начальные классы, не было переведено на грузинский язык? А разве в 1951 году на грузинский язык не было переведено и все делопроизводство в области? А разве весь советский период не осуществляли политику выдавливания осетинского населения из Южной Осетии и так называемой территории Грузии?

Грузинский академик говорит о чувствах боли и скорби, охватывающих его, когда он смотрит на разрушенные и сожженные села в Цхинвальском регионе, когда он видит тысячи людей, изгнанных из собственных жилищ и превратившихся в собственной стране в беженцев. Однако он не хочет видеть сотни тысяч осетин, убитых или изгнанных из Южной Осетии его соплеменниками в XIX-XX веках. Он не видит сотни разоренных и сожженных грузинами осетинских сел, многие тысячи проданных в рабство в Турцию и Иран осетинских детей. Он не хочет вспоминать осетин, убитых и замученных жителями тех самых грузинских сел и членами пребывавших в них бандформирований из разных концов Грузии под видом, в том числе, полицейских и регулярных войск с 1989 по 2008 год.

Показательно в этом смысле положение в Кобинской котловине, Гудском и Трусовском ущельях, которые в 1922 году большевистское руководство Грузии просто отсекло от территории создаваемой Юго-Осетинской АО.

 

Как известно, название этого ущелья производно от «Дари-алан», что переводится с персидского как «Ворота алан».

В наши дни на этой исконной земле нашего народа грузины не оставили проживать ни одного осетина. Фактически в руках у грузин оказался Дарьял. Как известно, название этого ущелья производно от «Дари-алан», что переводится с персидского как «Ворота алан».

Грузины, в свою очередь, всегда называли это ущелье – «Овста кари» («Ворота осетин»). Это же мы имеем в арабском «Баб-алан» – «Ворота алан». Грузины здесь не жили никогда. «Ворота» находились между осетинскими племенами дордзуков и туалов. В самом же ущелье всегда обитали еще и санары-осетины, иронцы и аланы.

Мы считаем, что мировое международное сообщество должно возвысить свой голос против преступного намерения руководства Республики Грузия, которое не оставляет попыток лишить осетинский народ права жить на последнем осколке некогда обширной территории Южной Осетии. Все должны осознать, что не только нынешняя территория Южной Осетии, но все остальные области Восточной и Центральной Грузии есть осетинская земля, присвоенная грузинами метр за метром в разные периоды их истории пребывания в Закавказье, начиная с конца IV века до н.э.

Подчеркну, у осетинского народа нет задачи возвращения своих исконных земель, населенных нынче разными народами Кавказа и Закавказья. У нас есть задача развития и процветания в рамках своей государственности – как на юге, так и на севере Осетии – в нынешних границах. Вне зависимости от того, как мы будем называть свои республики, районы, города и села, у нас есть право быть самими собой. Нам не нужно для этого брать разрешения у кого бы то ни было. Наши предки через тысячелетия донесли до нас свои этнонимы. Они лучше любой лакмусовой бумаги показывают, кто мы. Сегодня многие требуют от нас стать иудами, ибо отказаться от наших этнонимов, истории и культуры – значит предать поколения своих отцов, дедов и прадедов.

Этого не будет никогда!

Перед их памятью у нас нет такого права.

Петр КОЗАЕВ,
заведующий отделом археологии
Национального музея РСО-Алании
кандидат исторических наук

Литература:

Абаев В.И. Осетинский язык и фольклор. М.-Л., 1949.
Баскаев В.П. и др. Как нам разрешить «аланский кризис»?/ Газета «Свободный взгляд», Владикавказ, 2017, №11, С.1,3.
Блиев М.М. Русско-осетинские отношения (40-е гг. XVIII – 30-е гг. XIX вв.). Орджоникидзе, 1970.
Блиев М.М. Южна Осетия в коллизиях российско-грузинских отношений. Владикавказ, 2006.
Ванеев З.Н. Исторические известия об аланах-осах. Сталинир, 1941.
Гаглойти Ю.С. Алано-Георгика. Владикавказ, 2007.
Гаглойти Ю.С. Южная Осетия (К истории названия)/ Избранные труды. Цхинвал, 2010, ч.1, С.465-493.
Галазов А.Х. Когда в угоду политике поступаются истиной/ Газета «Отчизна». Владикавказ, 2006, №3, С.3.
Дзадзиев А. Слово о «золотом веке» исторического прошлого осетинского народа/ Газета «Отчизна». Владикавказ, 2006, №3, С.2.
Дзидзигури Ш.В. Грузинские варианты нартского эпоса. Тбилиси, 1986.
Дзидзоев В.Д. «Быть аланами...»: мифы и реальность/ Газета «Пульс Осетии». Владикавказ, 2007, №1, С.1-3.
Дзидзоев В.Д., Дзугаев К.Г. Южная Осетия в ретроспективе грузино-осетинских отношений. Цхинвал, 2007.
Кавказ и Дон в произведениях античных авторов. Ростов-на-Дону, 1990.
Калоев Б.А. Осетины. М., 1971.
Козаев П.К. Кавказ – древняя родина осетин. Владикавказ, 2012.
Крупнов Е.И. Древняя история Северного Кавказа. М., 1960.
Кузнецов В.А. Очерки истории алан. Орджоникидзе, 1984.
Ломоури Н.Ю. История грузинского народа с древнейших времен до конца рабовладельческой формации/ Страницы из истории Грузии. Тбилиси, 1965, С.5-17.
Лордкипанидзе М.Д. Грузия в эпоху феодализма/ Страницы из истории Грузии. Тбилиси, 1965, С.18-36.
Лысенко Н.Н. Асы-аланы в Восточной Скифии. Санкт-Петербург, 2002.
Магометов А.Х. Культура и быт осетинского народа. Владикавказ, 2011.
Магометов А.Х. Общественный строй и быт осетин (XVIII-XIX вв.). Орджоникидзе, 1974.
Меликишвили Г.А. К истории древней Грузии. Тбилиси, 1959.
Метревели Р. Правда же такова/ Газета «Грузинская республика», Тбилиси, 2017, №31-32.
Миллер В.Ф. Осетинские этюды. М., 1887, ч.III.
Перевалов С. Актуальная проблема отечественного «Алановедения»/ Газета «Осетия – свободный взгляд». Владикавказ, 2006, №99, С.11.
Перевалов С. Актуальная проблема отечественного «Алановедения»/ Газета «Осетия – свободный взгляд». Владикавказ, 2006, №102, С.13.
Потемкин А. Не обманула ли нас история или мы сами постарались обмануть историю/ Газета «Отчизна». Владикавказ, 2006, №3, С.3.
Рейфилд Дональд. Грузия. Перекресток империй. История длиной в три тысячи лет. М., 2017.
Скитский Б. Очерки по истории осетинского народа с древнейших времен до 1867 года. Дзауджикау, 1947.
Страбон. География. М., 1964.
Шнирельман В.А. Борьба за аланское наследие/Газета «Отчизна». Владикавказ, 1998, №2, С.2.
Шнирельман В.А. Борьба за аланское наследие/Газета «Отчизна». Владикавказ, 1998, №3, С.3.
Шнирельман В.А. Быть аланами: интеллектуалы и политика на Северном Кавказе в XX веке. М., 2006.

материал опубликован в газете "Стыр Ныхас",
октябрь 2017, № 16 (540)

 
Портал органов власти РСО-А
Правительство Южной Осетии
Совет соотечественников
Наверх

 

Яндекс.Метрика